МЁРДОК (Murdock) Айрис (1919-99), английская писательница. Центральная проблематика Мердок - соотношение интеллекта и чувства (роман ''Под сетью'', 1954), искусства и реальности (романы ''Черный принц'', 1972; ''Дитя слова'', 1975; ''Море, море...'', 1978), одухотворена пафосом философско-нравственных исканий (роман ''Ученики философа'', 1983). Исторический роман ''Алое и зеленое'' (1965) - об Ирландском восстании 1916. * * * МЕРДОК (Мэрдок) (Murdoch) (Джейн) Айрис (в замужестве миссис Дж. О. Бейли, Bayley) (15 июля 1919, Дублин, Ирландия — 8 февраля 1999, Оксфорд, Англия), английская писательница. Вскоре после рождения будущей писательницы ее семья переехала в Лондон. Мердок окончила Оксфордский университет (1942), где изучала античных классиков, философию и древнюю историю, а в Кембридже защитила диссертацию по философии (1948). В 1948-63 она преподавала философию в Оксфорде. Ее первая книга — исследование ''Сартр, романтик-рационалист'' (1953), литературный дебют — роман ''Под сетью'' (1954). Наследие Мердок включает философские сочинения, пьесы, книжку стихотворений и 26 романов. ''Сеть''. ''Сеть'' у Мердок символизирует изначальный хаос бытия, который в жизни человека претворяется в трагикомедию; ее питают непонимание человеком других, своего окружения, а то и самого себя. Полная сосредоточенность на самих себе делает ее персонажей слепыми, глухими, неразумными, самодовольными и самонадеянными. Из-за этого они попадают в положения гротескные, то есть нелепые и горькие одновременно. Отсюда — прихотливые, странные, поистине фантастические скрещения, противостояния и расхождения их судеб, этот сбивчивый, дисгармоничный, но завораживающий и, в сущности, сольный, хотя исполняемый прилюдно танец страстей, в живописании которого — со всеми его невероятными фигурами — была так сильна Мердок. Танец зачастую с трагическим исходом и уж как минимум завершающийся ''вполне достойным поражением'' (название романа 1970), которое терпят и добрые, и злые, и добродетель, и порок. Во многих романах — ''Бегство от волшебника'' (1956), ''Отрубленная голова'' (1961), ''Дикая роза'' (1962), ''Книга и Братство'' (1987) или ''Дилемма Джексона'' (1995) — этот танец имеет своего ''дирижера'', чьи воля и желание определяют судьбы остальных персонажей. Он выполняет в книге роль злого волшебника. В других романах выведены, напротив, святые или кандидаты в таковые: ''Под сетью'', ''Колокол'' (1958), ''Генри и Катон'' (1976). В трех знаменитых романах, написанных от первого лица (''Черный принц'', 1973; ''Дитя слова'', 1975; ''Море, море'', 1978), рассказчики выступают в обеих ролях одновременно: ''волшебника'' и ''святого'' — и точно так же ловятся на собственных слабостях и самонадеянности, оказываются ''под сетью''. ''Опасное и неизбежное оружие''. ''Почти любая повесть о наших делах комична. Мы безгранично смешны в глазах друг друга. Роман — комическая форма... Бог, если бы он существовал, смеялся бы над своим творением. В то же время нельзя отрицать, что жизнь страшна, лишена смысла, подвержена игре случая, что над нею властвуют боль и ожидание смерти. Из этого и рождается ирония, наше опасное и неизбежное оружие'' (''Черный принц''). Ирония у Мердок — это сращение возвышенного, прекрасного, грустного, жуткого и смешного. Ее источник, по Мердок, помимо несовершенства человеческой природы и общества, заключен в абсолютном, верховном парадоксе бытия — нераздельности жизни и смерти. ''Я смотрел на это лицо, когда-то такое знакомое, и, впервые поняв, что красота его смертна, чувствовал, что никогда еще не любил его так сильно'' (''Под сетью''). Любовь, таким образом, выступает своего рода связующим звеном между жизнью и смертью, и тут Мердок следует за Платоном с его двуликим Эротом — любовью к красоте телесной и любовью к красоте духовной, стремлением к прекрасному и стремлением к благому. Эта антиномичность проникает даже в названия романов: ''Прекрасное и благое'' (1968), ''Механика любви земной и небесной'' (1974). Писательница не берется судить о том, какая любовь ''лучше'' — земная или небесная; она лишь показывает, что каждой положен свой путь. Если любовь к телесной красоте связана с разрушительным началом смерти, поскольку такая красота конечна и преходяща, то любовь к красоте духовной направлена на достижение совершенства, и по этой причине сопряжена для Мердок с созидательным началом смерти, которая, будучи последним и высшим актом любви и самоотречения, высвобождает совершенство:...со смертью личности мир автоматически превращается в предмет совершенной любви'' (''Единорог'', 1963). Окончательное уточнение вносит диалог персонажей романа ''Генри и Катон'': ''Те, кто способен жить со смертью, способны жить по правде, только человеку такое почти не по силам...'' Такова атмосфера романов Мердок, герои которых в меру своего разумения, неразумия и самообмана совершают обряд горького празднования жизни — в редких обретениях и частых потерях. В. А. Скороденко.
|